Я вырос в областном центре. Это был не город миллионник, однако количество этажей в домах иногда было больше девяти, а в центре города даже можно было найти МакДональдс — в то время он считался настоящей достопримечательностью. Мой дом был одной из многоэтажек, так называемом человейнике. Огромный, длинной способный посоревноваться с небольшим горным хребтом, он опоясывал солидных размеров внутренний двор. Как сейчас помню – в этом дворе никогда не бывало солнца. Город располагался почти на крайнем севере, поэтому наблюдать светило и так приходилось нечасто, но наш двор бил все рекорды, и наспех установленные фонари не спасали ситуацию. Дом был воистину огромен, только непонятно для чего. Было ощущение, что половина его объема наглухо была заставлена кирпичами, потому что такие узкие подъезды нужно было ещё поискать. Это даже не компенсировалось размером квартир, казалось, что вообще всё в этом доме было спроектировано так, чтобы вызывать ощущение дискомфорта да развивать клаустрофо ...

Дмитрий Павлович был опытным опером. Оно и понятно – лихие девяностые, полные наркотиков и их распространителей нулевые. В такое время трудно не набраться знаний и умений, работая в доблестной милиции, а потом и в полиции. Конечно, он давно уже сменил работу в полях на удобное офисное кресло, а убитую Волгу, выданную в служебное пользование ещё в ранние годы — на комфортабельную иномарку. Возраст и три больших звезды с двумя полосами на погонах обязывали. С годами он не растерял стати и веры в закон и порядок. Всё такая же ровная спина, суровый взгляд, направленный в горизонт и чеканный шаг. Разве что появившееся брюшко, тщательно заправляемое под ремень, выдавало в нём человека семейного, оттого и хорошо откормленного. Тем понятнее было его раздражение в этот пятничный вечер. Вот уже полчаса назад он должен был закрыть кабинет и уйти на заслуженные выходные. Он зло посмотрел на часы, будто это они были виноваты в его задержке на работе. Шесть тридцать. Он чертыхнулся и сделал очере ...

Настоятель всегда говорил, что величайшая радость в жизни человека – возможность помогать другим. Что смерть за правое дело – самая достойная награда для того, кто положил себя на алтарь общей цели. Что каждый из нас должен быть готов душой и телом служить обществу… Я слепо верил ему. Я не имел права не верить, как и все, кто проживал в нашей богом забытой деревне. Он был нашим отцом, нашим лидером и учителем, и самым страшным грехом считалось сомнение в его словах. — Возрадуйтесь, люди! Сегодня наш верный сын отправится к Нему! Возрадуйтесь, ибо он увидит Его! – звучным басом говорил настоятель, ещё больше распаляя ликующую толпу. Как же я рад, что моя голова зафиксирована лицом в только начинающее темнеть небо, и я не вижу его мерзкой морщинистой морды. — Сынок, радость-то какая, радость-то какая! – защебетала мама, склонившись над моим лицом. Слезы счастья текли непрерывным потоком по её щекам, солёными каплями падая мне на лоб. В её глазах я не мог найти ни капли жалости или у ...