Леон
В заброшенные бомбоубежища редко ходят в одиночку.
Не потому, что там обязательно есть что-то опасное. В большинстве из них уже давно ничего нет: ржавые трубы, осыпавшийся бетон, старая проводка и мусор, оставленный людьми за десятки лет.
Но у диггеров есть негласное правило:
если за тобой закрылась дверь — убедись, что сможешь её открыть.
Откуда появилось это правило, никто точно не знает.
Хотя старожилы иногда рассказывают про одного мальчика.
Его звали Леон.
— --
Леону было тринадцать.
Обычный невысокий мальчишка с русыми волосами, зелёными глазами и едва заметными веснушками. Он увлекался диггерством уже некоторое время и успел побывать в нескольких старых убежищах.
В тот день он отправился на очередную сходку с другими ребятами, которые разделяли его увлечение.
Леон, как обычно, подготовился основательно. На нём был старый плащ ОЗК, защитные чулки и советский противогаз, который он когда-то нашёл и забрал из одного из убежищ.
Всё проходило весело.
Они рассказывали друг другу, где побывали, хвастались фотографиями и спорили, кто нашёл самое интересное место.
А потом кто-то предложил пошутить над Леоном.
Они нашли старое убежище, в которое уже давно никто не заходил, и решили запереть его внутри.
Просто ради шутки.
Леон сначала смеялся и стучал в дверь, требуя выпустить его.
Потом перестал смеяться.
Старая ржавая дверь не открывалась.
Ребята несколько раз попробовали дёрнуть её снаружи, но старая металлическая конструкция окончательно заклинила.
Тогда они испугались.
Можно было вызвать спасателей.
Можно было сообщить взрослым.
Можно было хотя бы позвонить кому-нибудь.
Но они слишком хорошо понимали, что сами незаконно проникли на заброшенный объект.
Поэтому они убежали.
Оставили Леона одного.
— --
Первые часы он был уверен, что они вернутся.
Он сидел возле двери и прислушивался к каждому звуку.
Иногда ему казалось, что снаружи кто-то ходит.
Он кричал.
Стучал.
Звал на помощь.
Но никто не отвечал.
Прошёл день.
Потом ещё один.
Леон пытался найти другой выход, но убежище оказалось гораздо больше, чем ему казалось сначала. Коридоры уходили в темноту, а некоторые помещения были завалены.
Еды почти не было.
В старых аптечках он нашёл несколько упаковок лекарств и постепенно начал есть всё, что хоть отдалённо казалось съедобным.
Он продолжал ждать.
Потому что был уверен: они придут.
Они ведь просто пошутили.
Они не могли действительно оставить его здесь.
Но за дверью было тихо.
— --
Когда Леон умер, никто этого не заметил.
Его друзья сначала боялись возвращаться.
Потом убедили себя, что он каким-то образом выбрался.
Через некоторое время история забылась.
По крайней мере, людям так казалось.
Потому что убежище не забыло Леона.
— --
Первые рассказы о нём появились среди диггеров спустя несколько лет.
Люди начали замечать странного мальчика в старом ОЗК.
Он всегда носил противогаз.
Его можно было увидеть в глубине длинного коридора или возле закрытой двери.
Если человек пытался подойти ближе — мальчик исчезал.
Иногда диггеры слышали тяжёлое дыхание совсем рядом.
Ш-ш-ш-ш...
Будто кто-то стоял прямо за спиной.
Но стоило обернуться — там никого не было.
На старых противогазах иногда находили свежие следы пальцев на резине, хотя никто не признавался, что прикасался к ним.
Другие рассказывали, что двери, которые до этого легко открывались, внезапно захлопывались сами.
А иногда из темноты раздавался детский голос:
— Они уже пришли?
Если человек спрашивал:
— Кто?
Наступала тишина.
А потом:
— Мои друзья.
— --
Леон не трогал всех подряд.
Случайных диггеров он мог просто наблюдать из темноты.
Но особенно он ненавидел тех, кто относился к убежищам как к развлечению.
Тех, кто ломал двери и вентиляционные установки.
Издевался над другими.
Запирал людей внутри.
Для таких людей Леон становился чем-то большим, чем призраком.
Он заставлял их почувствовать то, что когда-то почувствовал сам.
Одиночество.
Страх.
Ожидание.
И самое страшное — надежду, что кто-нибудь всё-таки придёт.
— --
Говорят, один из тех мальчиков спустя годы всё-таки вернулся в то самое убежище.
Никто не знает зачем.
Он вошёл внутрь один.
И дверь за его спиной закрылась.
Сначала он не испугался.
Попробовал открыть её.
Дёрнул ручку ещё раз.
Потом начал стучать.
Никакого результата.
Через несколько минут из глубины коридора донёсся знакомый звук.
Ш-ш-ш-ш...
Тяжёлое дыхание через противогаз.
Мальчик замер.
В конце коридора стояла маленькая фигура.
Старый плащ ОЗК.
Противогаз.
Невысокий рост.
И зелёные глаза, которые почему-то были прекрасно видны даже сквозь мутные стёкла.
Фигура медленно приблизилась.
И остановилась напротив него.
Леон ничего не сказал.
Только посмотрел на него.
А потом тихо спросил:
— А спасателей ты вызовешь?
— --
Говорят, после этого случая тот мальчик исчез.
А в старом убежище с тех пор иногда слышат два голоса.
Один просит открыть дверь.
Другой отвечает:
— Подожди. Они скоро придут.
Никто не знает, чей это голос.
Но если однажды, оказавшись в заброшенном убежище, вы услышите за собой тяжёлое дыхание через противогаз — не оборачивайтесь.
И главное:
не закрывайте за собой дверь, если не уверены, что сможете её открыть.