Милая седая старушка медленно брела из лесу домой. В руке ее болталось лукошко, полное ароматных крупных грибов. Бабушка остановилась ненадолго, распрямила спину и полной грудью вдохнула ароматный воздух. Хороший был день, ясный, тёплый. И грибы — отборные, замечательные. Не зря дождь лил всю прошлую неделю.
Придя домой, старушка первым делом похвасталась деду, какой нынче урожай. Затем она тщательно перебрала грибы и закрутила пару небольших баночек, поставив их в ряд с другими. Банок набралось изрядно — грибы да варенье. Плохо жить в квартире — ни тебе сада, ни огорода. Хотя в таком возрасте и сил-то уже не хватило бы за хозяйством ходить. Зато лес рядом — а там дары природы. И на том спасибо.
Следующим утром бабушка отправилась на ближайший рынок и пристроилась с края к другим торговцам. Их там было человек пятнадцать, таких же стариков, которым не хватало общения, да и копейку заработать всегда было за радость. Вынув из сумки-тележки несколько баночек с вареньем и грибами, бабушка влилась в разговор с соседями.
Покупателей было мало, одни лениво ходили вдоль прилавков, разглядывая товар, но ничего не покупая. Другие чуть не бегом носились строго по списку покупок, не обращая никакого внимания на стихийный ряд со стариками. Одна женщина, поджав губы, внимательно рассмотрела то, что предлагали бабушки и дедушки — чеснок, зелень, закрутки и маленькие букеты цветов, бросила «антисанитария» и с важным видом удалилась прочь. «И тебе не хворать, дочка» — послышалось ей в след.
Наконец-то нашлись желающие и на такой товар — особенно повезло зелени и банкам с огурцами. Но и грибочками от милой приветливой старушки не побрезговал представительного вида мужчина. Довольный покупатель сообщил, что бабушка уж очень напомнила его собственную, царство той небесного. Милая старушка перекрестилась и зажала в кулачке пару сотенных купюр.
Порадовав деда скромной выручкой, старушка обещала купить ему завтра сласти, которые так редко бывали в их доме. Но плохое самочувствие в последующие дни не позволило бабушке покинуть квартиру. Старость — не радость, одним словом. А еще надо было банки на помойке поискать, а то запасы уже на исходе. Да, тяжело без помощи, с крошечной пенсией, выживать в этом мире.
Прошло несколько дней, и на рынке случился серьезный переполох — искали бабушку, продавшую бизнесмену грибы. Полиция подняла на уши всех торговцев, те причитали, округляя глаза и божась, что не знают никакой бабушки. Когда стражи порядка добрались до стихийного ряда со стариками, доброхоты подсказали им, кто такая и где живет.
Бабушка совсем не хотела пускать полицию в дом, но выбора не было. Она плакала и причитала, что стала совсем старая и слепая, но хорошие грибы-то она хоть нюхом, хоть ощупью от плохих отличит. Да и не от грибов тот бизнесмен помер вовсе, наверняка водки перепил — вот и кончился. А может, конкуренты устранили, бог их разберет.
Квартира насквозь пропахла приторным запахом чего-то плесневелого, залежавшегося. Полицейские продирались сквозь кучи мусора, зажимая носы и рты платками. Из кухни были изъяты банки с закрутками — для экспертизы. Для порядка заглянули в спальню — а там и деда увидели. Тот сидел в кресле, давно иссохший и превратившийся в мумию. Вокруг него громоздились тарелки с печеньем, вареньем и чашки с испарившимся чаем.
Пока решали, что делать с бабушкой, как транспортировать деда, выясняли, есть ли у старушки родственники, полицейские предпочли выйти из жуткого склепа на воздух и, собравшись в кружок неподалеку от подъезда, коллективно закурить. Такого они давненько не видали. Да и что взять со старушки, которой жить-то осталось всего ничего.
Бабушка утерла слезы, выглянула в окно, удостоверилась, что полицейские пока далеко и засеменила в спальню. «Представляешь, Михалыч, какого ворюгу я убрала! Жаль, дружков не прихватил, бизнесмен, мать его ети. Ироды проклятые, простой народ обирают, чтоб им пусто было. Да ты пей, пей», — и старушка с блаженной улыбкой влила в губы своего давно мертвого мужа чашку крепкого, сладкого чая.